Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Сделка по продаже Сбербанка. Что происходит под ковром?

17 апреля 2020
5 491

На днях правительство Мишустина оповестило мир, что купило у Центрального банка РФ контрольный пакет акций Сбербанка. Самые башковитые специалисты ничего не поняли – зачем перекладывать акции из одного государственного кармана в другой? Зачем делать это на фоне свирепой и смертельной, как говорят власти, эпидемии гриппа? Но самое главное – зачем дербанить почти на три триллиона рублей Фонд национального благосостояния (ФНБ), из которого, как положено по закону, можно брать деньги только на выплату пенсий, если денег не будет хватать в самом Пенсионном фонде? Что за грабёж! Кто вор?

Сделка по продаже Сбербанка. Что происходит под ковром?

ДЛЯ начала: что такое Сбербанк. Это крупнейшее финансовое учреждение не только России, но и Восточной Европы. Его клиенты – больше 110 млн граждан страны и больше миллиона предприятий. Это прямой наследник государственных трудовых сберегательных касс СССР. Банк считается самым надёжным, в котором деньги сгореть не могут. Поскольку главный его владелец – государство. В этом уверены почти все его клиенты. Но мало кто знает, что больше 45% акций Сбера принадлежит иностранным фондам – прежде всего американским, и всего 2, 8% – физическим лицам, то есть простым российским гражданам. Контрольный пакет – больше 51% – до недавнего времени принадлежал Центробанку РФ, сегодня – правительству России. Отныне контрольным пакетом акций могут распоряжаться Минфин или Росимущество.

Базовый капитал банка на 1 января 2020 г. составил 3, 3 трлн рублей. Чистая прибыль за 2019 г. – 845 млрд рублей. Одним словом, драгоценная золото-бриллиантовая корова, с которой пылинки сдувать! И вдруг – тёмная и непонятная операция.

Первая мысль – одуревшие от желания приватизировать всё и вся, наши правители переложили Сбер в активы Минфина или Росимущества, чтобы выставить их на торги. Там их немедленно подберут американские инвестиционные фонды, у которых напечатанных долларов – как у собаки блох! Такую возможность нарисовал осенью прошлого года тогдашний первый вице-премьер Антон Силуанов после встречи с американскими инвесторами. Было и такое! В частности, сообщил, что вместе с Орешкиным, бывшим тогда министром экономического развития, удумали «амбициозный план приватизации» мелких нефтяных компаний и банков. И добавил: «крупные тоже должны рассматриваться». Явно хотел понравиться американцам, намекая на Сбер.

Напомню, кстати, что подобная схема владения национальной гордостью, вернее, национальным достоянием, как без конца утверждает реклама, действует и в отношении «великого и ужасного» «Газпрома». В частности, говорят, что 25% этого «нашего достояния» принадлежит американским банкам и ещё почти столько же – государственному Норвежскому суверенному фонду. Сущая мелочь гуляет на нашей Московской фондовой бирже. Как и у Сбербанка. К слову – список этими двумя национальными достояниями не ограничивается. Но это отдельная песня.

Вернёмся к тёмной истории с банком. Предположим, «мировая закулиса» действительно скоррумпировала наших чиновников и те помогают ей лишить нас собственности на главный финансовый инструмент страны. Ещё бы, как не хотеть: Сбербанк пронизывает своими артериями и капиллярами всю российскую экономику, не только граждан. Но допустит ли это Путин и его ближайшее окружение? Допустит ли своих «американских партнёров», как он их всегда называет, а если просто и по-русски – козлов в огород – до глобальных сведений о финансовых проводках? В первую очередь оборонных предприятий и военных научных институтов? Отдаст ли на растерзание уникальный инструментарий, благодаря которому он и его коллеги полностью контролируют страну?

При всех ужасах, связанных с этой публикой, ответ – нет. Причём ответ очевидный. Пускать «американских козлов» в наш огород им не привыкать, но не до такой степени. Значит, причина «перетрахивания» Сбербанка и Фонда национального достояния, как сказал бы Александр Григорьевич Лукашенко, в другом.

А сейчас – самое интересное. Как наполняется деньгами ФНБ, из которого изъяли прорву денег для покупки у ЦБ Сбербанка? По федеральному закону он формируется за счёт дополнительных доходов федерального бюджета от нефтегазового комплекса и доходов от управления собственными средствами. Если по-простому, в него направляются деньги сверх так называемой цены отсечения – сегодня это 40 долларов за бочку нефти (баррель). Если мировая цена за бочку нефти – 60 долларов, то нефтяной компании после продажи нефти остаётся 40 долларов за бочку, а 20 – перечисляются в ФНБ. Поэтому фонд состоит из долларовой и рублёвой частей. Интерес для нас представляет как раз долларовая часть, из которой и проплачена сделка в 2 трлн 400 млрд рублей.

Чтобы продолжить, напомним об одном американском законе, который Трамп подписал ещё в августе 2017 года. Он называется «О противодействии противникам США посредством санкций» и определяет Россию как раз таким противником.

Понятие «санкции» нам давно приелось. Практически мы уже не понимаем, в чём они состоят и как мы от них страдаем. Но в отличие от России в США законы соблюдаются почти неукоснительно, и третий год подряд президент США направляет Конгрессу отчёт о выполнении закона и предпринятых санкциях. Самым неприятным для нас была и остаётся возможная заморозка долларовых счетов российских государственных и частных учреждений, на которые эти санкции будут наложены. Примеров хватает. Пока трогали только мелочь. Крупняк не трогали. Но сделать это просто. Все долларовые счета в российских банках имеют корреспондентские счета в американских банках – то есть в банках страны, которая эмитирует доллары. Поэтому самой правдоподобной версией таинственной продажи Сбера служит то, что банк выступил лишь в качестве инструмента для сохранности долларовой части ФНБ. Она и в самом деле могла быть заморожена по закону США «О противодействии противникам США», как заморозили деньги Ирана.

Схема такая. Правительство контролирует валютные резервы ФНБ и перечисляет их в ЦБ в качестве оплаты за акции Сбербанка. Там валютный счёт заморозить нельзя – это сразу подорвёт доверие к американской валюте практически во всех странах, где доллары накапливают в качестве валютных резервов. На это США не пойдут никогда.

Идём дальше. По закону полученные в качестве прибыли от продажи Сбербанка деньги ЦБ вернёт в Госбюджет в размере 75%, но уже рублями. То есть ФНБ получит деньги назад, и, скорее всего, в том же количестве – это смотря по какому курсу считать. А умельцы Набиуллиной сделают как надо – играть курсами российского рубля по отношению к мировым валютам – старая практика нашего ЦБ. Одним словом, «ловкость рук, и никакого мошенства!»

Увы, гладко было на бумаге, да забыли про овраги. «Гладко» – когда у наших властей проявятся недюжинный ум, желание приумножить богатства страны. Но твёрдой уверенности в такой перспективе пока нет. А вот про «овраги» просто – как правительство могло использовать деньги ФНБ в схематозе со Сбербанком, когда эти деньги по закону являются частью механизма пенсионного обеспечения граждан? Самый плохой из возможных ответов: после пенсионной реформы 2018 года со сдвигом пенсионного возраста аж на пять лет выплаты пенсионерам так сократились, что появился великий соблазн использовать их не по прямому назначению. И если это так, то те, кто олицетворяет собой власть, на самом деле смотрят на ФНБ и госбюджет как на личный карман, с которым можно делать всё что угодно.

 

Это вывод плохой, но не ужасный. Совсем плохо будет, если правительство объявит, что национальное достояние – Сбербанк – всё же приватизируют. А значит, финансовый блок правительства и в самом деле находится на службе у «мировой закулисы». Вернее – на службе у наших «американских партнёров».

Андрей Угланов

Поделиться: