Русское Агентство Новостей
Информационное агентство Русского Общественного Движения «Возрождение. Золотой Век»
RSS

Что день идущий нам готовит?

, 12 сентября 2015
9 748

Расклад сил и средств в России и Мире сегодня

Сторонники примирения с Западом в Правительстве и бизнесе будут оказывать давление на власть изнутри. При этом «патриотическая» оппозиция будет трубить о «сливе» союзников независимо от реальной ситуации в Дамаске и в Донецке...

 

Война и общество

Автор – Ростислав Ищенко

Либералы и демократы, коммунисты и пацифисты, патриоты и компрадоры, а также многочисленные граждане, не до конца определившиеся с собственной политической идентификацией, любят повторять фразу: «Мне ненавистны Ваши взгляды, но я готов отдать жизнь за то, чтобы Вы имели право их высказывать». Не все знают, что она принадлежит Вольтеру, не все знают, кто такой Вольтер и уж тем более, единицы читали хоть что-то из скучнейших трудов этого признанного в своё время шутника. Но фраза красивая.

Правда никто и никогда не пытался ей следовать буквально. Даже отпетые «вольтерьянцы», организовавшие Великую Французскую революцию, немедленно начали рубить головы тем, кто пытался начать высказывать свои, не совпадавшие с генеральной линией, взгляды. И дорубились до полной самоликвидации.

Бонапарт был честнее, определяя своё отношение к свободе печати, он говорил: «Вы хотите, чтобы я запретил выступления, которые могут услышать 500 человек, и разрешил те, что могут дойти до нескольких миллионов?» – определяя, тем самым своё отношение к возможной альтернативной политической позиции.

Точки зрения Вольтера и Бонапарта концентрированно отражают отличие философского стремления к идеалу от реальной политики. Кстати, потеряв власть и философствуя на острове Святой Елены, Бонапарт стал приверженцем полной и неограниченной свободы прессы.

За двести лет ничего не изменилось, да и измениться не могло. Власть всегда ограничивает пропаганду в интересах стабильности. Оппозиция всегда требует неограниченных возможностей для агитации против власти. Меняясь местами, они меняются позициями.

Советские диссиденты боролись за свободу прессы, пока у власти были коммунисты и резко изменили своё мнение, начав затыкать рост коммунистам, едва пробившись к власти. Стрелков в многочисленных интервью хвастается, как железной рукой наводил порядок, будучи, по сути, военным диктатором Славянска и окрестностей, и возмущается, что его оппонирование генеральной линии Кремля в украинском вопросе встречает информационное противодействие. Информационная обслуга Пургина умудряется в одном и том же тексте заклеймить позором жёсткие меры воздействия, предпринятые против их подзащитного политическими оппонентами, и тут же пообещать этим самым оппонентам, что, когда «справедливость восторжествует» (в надежде, что их поддержит Кремль), «полетят головы».

Главное, что все они (от диссидентов, до пургинистов) абсолютно правы и даже разница в масштабе между ограничениями, применяемыми к ним и теми, которые применяли, применяют или собираются применить они, оправданна с политической точки зрения, хоть и может вызывать идиосинкразию у абстрактно философствующего индивида.

Почему якобинцы рубили головы, а Бонапарт ограничивался закрытием газет и ссылками политических оппонентов? Конечно, наиболее опасных (или казавшихся таковыми) и при нём расстреливали, но термин «террор» совершенно оправданно применяется именно к якобинскому правлению, а не к периоду Консульства и Первой империи.

Потому что, чем стабильнее власть, чем увереннее она себя чувствует, чем на большую народную поддержку она опирается, тем более мягкие меры воздействия она применяет к своим политическим оппонентам. Сравните красный террор эпохи гражданской войны и вегетарианское брежневское правление.

Теперь попробуем экстраполировать эти теоретические рассуждения на современное положение России и представить себе, как должна будет меняться политика властей при том или ином развитии событий.

Расклад сил и средств в России и Мире сегодня

В период 2008-2014 годов Россия всё глубже втягивалась в конфликт с Соединёнными Штатами, обусловленный попыткой Вашингтона сохранить роль глобального гегемона в условиях системного кризиса. К началу 2014 года этот конфликт достиг полугорячей стадии. Оружие, военные советники и добровольцы обеих сторон, как в лучшие времена Холодной войны, сталкивались в горячих точках по всему земному шару. Информационная война развернулась на полную мощь, а затем дополнилась войной экономической и дипломатической. США, вначале заявлявшие, что намерены не допустить усиления влияния России на постсоветском пространстве, в конце концов определили свою задачу, как смену власти в России.

На этом фоне внутриполитические действия российской власти отличались исключительной умеренностью. Работа финансируемых из-за рубежа «общественных» структур не была запрещена. Им просто предписали соблюдать ту самую прозрачность, за которую они якобы борются. Ни либеральная, ни «патриотическая» оппозиции не столкнулись с формальным запретом деятельности. Власть только стала внимательнее следить за соблюдением ими закона и чаще (хоть и далеко не во всех случаях) карать отдельных активистов за наглое и грубое нарушение его (закона) норм. Меры информационного противодействия не приняли характер полного запрета альтернативной точки зрения. Просто активнее и агрессивнее стала позиция лоялистов во внутриполитической дискуссии, а в международном диалоге российские СМИ и дипломаты заняли более наступательную (но не агрессивную) позицию.

Более того, даже внутри самой власти всё ещё допускается наличие разных точек зрения на пути преодоления текущего кризиса (как глобального, системного, так и во взаимоотношениях с США и ЕС). Серьёзные и влиятельные общественные силы, имеющие прочные позиции в бизнесе и в политике (в том числе в правительстве), не просто считают необходимым снизить градус конфликтности в международных отношениях, но и активно пытаются продвигать свою линию в рамках бюрократической «борьбы бульдогов под ковром».

Общество о внутривластном конфликте осведомлено, хоть зачастую и пребывает в заблуждении относительно действительных позиций ключевых игроков, их целях, мотивациях и образе действий. В этом нет ничего удивительного – правила бюрократического противостояния не терпят вынесения ссора из избы. Перенос конфликта в публичную плоскость свидетельствует о неспособности стороны, пошедшей на апелляцию к общественному мнению, победить в рамках правил игры. Правящим классом в целом (причём, в любое время и в любом государстве) такие действия воспринимаются, как покушение на стабильность (то есть на государственную безопасность), на раскол элиты (являющийся, кстати, одним из необходимых признаков революционной ситуации по Ленину). В общем, на подрыв основ.

Именно поэтому мы сегодня наблюдаем возню мелких фигур в информационном пространстве. Все они, осознанно или неосознанно, поддерживают одну из групп влияния (зачастую не ту, которую думают). Все они выполняют задачу имитации подавляющей общественной поддержки той или иной линии в скрытом, как от общественности, так и от них самих внутривластном противостоянии. Все они дают возможность верхушечным политическим группировкам и их лидерам озвучивать свою политическую позицию в публичном пространстве и пытаться создать критическую массу её общественной поддержки, не нарушая правил бюрократической игры. Бюрократические группы ведут публичную дискуссию, формально оставаясь вне пределов информационного пространства.

Расклад сил и средств в России и Мире сегодня

Как долго может сохраняться такое положение вещей? Как ни странно, это во многом зависит от наших западных «друзей и партнёров» и, в значительно меньшей мере, от реализации мечтаний караул-патриотов о переходе России от гибридного к открытому военному противостоянию с Западом. Не исключено, что момент истины уже близок. Не в последнюю очередь это зависит от того, как разрешится нарастающий осенний кризис во взаимоотношениях с ЕС.

На сегодня Европа подвергается жёсткому давлению США, требующих резкого ужесточения антироссийских санкций. Параллельно Америка пытается активизировать военные действия во всех точках, где Россия связана необходимостью поддержки своих союзников, с тем, чтобы вынудить Москву к наращиванию военной помощи, что, по замыслу, даст возможность обвинить её, если не в прямой агрессии, то в нарушении мирного процесса.

Сейчас мы наблюдаем такую активность в Сирии, где возросшее военное давление на режим Ассада уже вызвало реакцию России и соответствующие заявления Госдепа США. Одновременно активизировались действия Вашингтона по срыву (руками киевских марионеток) минского процесса урегулирования ситуации на Украине.

Мы имеем дело с комплексным подходом. Необходимость резко усилить военную помощь Сирии должна связать российские ресурсы. Театр военных действий не близкий, коммуникации растянуты, а американские меры по закрытию воздушного пространства Болгарии для прямого воздушного моста в Сирию дополнительно усложняют логистику. На следующем этапе должно последовать давление киевского режима на Донбасс с параллельным ужесточением позиции ЕС, который США склоняют к признанию России, ДНР и ЛНР нарушителями минских соглашений. Расчёт делается на то, что, находясь перед угрозой прямого втягивания в военные действия на двух удалённых фронтах, подкреплённой угрозой экономических санкций, Россия должна будет пойти на компромисс и кого-то одного из союзников (а лучше обоих) сдать.

Сторонники примирения с Западом в Правительстве и бизнесе будут оказывать давление на власть изнутри. При этом «патриотическая» оппозиция будет трубить о «сливе» союзников, независимо от реальной ситуации в Дамаске и в Донецке. Нам приготовили очередную «вилку», пытаясь в излюбленной манере Вашингтона заставить выбирать между плохим и худшим.

Сдаст ли Москва кого-то из союзников? Нет. И не только потому, что в Донбассе русские люди, а в Сирии – последние базы флота в Средиземном море и наш последний выход в критически важный регион Ближнего Востока. Дело ещё (и в первую очередь) в том, что внимательно наблюдающим за противостоянием России и США третьим странам всё равно, кого сдали и почему. Главное, что сдали, а значит проиграли. Значит, слабы, значит делать ставку на поддержку Москвы, на союз с ней опасно. Значит лучше подчиниться США. В итоге, обвальная потеря союзников, резкое ухудшение геополитического положения и тогда уже точно политическая изоляция и неизбежное поражение, в связи с необратимым перераспределением общего геополитического ресурса в пользу противника.

Будет ли Россия прибегать к превентивным действиям, на которых настаивают караул-патриоты? Нет. Потому, что в Сирии война давно приняла такой размах, а российская помощь давно зашла так далеко, что никакие доступные Москве действия нельзя будет трактовать как превентивные. Кроме того, ЕС до сих пор увязывал свои противоречия с Россией исключительно с ситуацией на Украине, Сирией больше озабочены США.

Но на Украине у России и ЕС (в лице Франции и Германии) действует минский переговорный формат, который европейцы попросили, а мы согласились продлить на 2016 год. Следовательно, любая военная провокация Киева, не поддержанная ЕС, становится бессмысленной, поскольку будет быстро подавлена и не выполнит задачу создания ситуации прямого конфликта между Москвой и ЕС (а на деле – Москвой и Берлином).

Отсюда следует, что ключ от обострения конфликта находится в руках ЕС. Если Европа решит признать Москву и ДНР/ЛНР нарушителями Минска и закроет глаза на готовящуюся военную провокацию Киева, она разрушит созданную по её же просьбе переговорную площадку, к чему давно стремятся США, пытающиеся заменить минский формат более удобным для себя (без ДНР/ЛНР, зато со своим и, возможно, Польши и/или прибалтов участием). Ни вернуться к Минску, ни создать новый адекватный (устраивающий Россию) переговорный формат после этого будет невозможно. А вот опасность прямого столкновения России и ЕС на Украине (в том числе военного) резко возрастёт.

Расклад сил и средств в России и Мире сегодня

Ликвидация переговорного формата и возвращение ЕС в американскую парадигму наращивания санкционного давления, лишают Россию какого бы то ни было стимула к дальнейшей сдержанности. После этого открытость и объём прямого военного вмешательства в поддержку ДНР/ЛНР а также глубина продвижения линии фронта в направлении Киева будет определяться только техническими возможностями по интеграции территорий. Для Украины это означает однозначную потерю буферной зоны вдоль восточной границы и почти неизбежное скатывание в кровавый хаос на той территории, которая не будет занята «ополчением Новороссии» сразу. В свою очередь ЕС и Россия окажутся на самой грани (если сумеют вовремя остановиться) прямой военной конфронтации.

В российской внутренней политике также произойдут драматические изменения. Можно выступать против вступления своей страны по собственной инициативе в чужую гражданскую войну. Но нельзя призывать к компромиссу с агрессором, совершившим на твою страну неспровоцированное нападение. В случае занятия ЕС деструктивной позиции в осеннем кризисе, любые элитные группы, выступающие за примирение с Западом, по факту станут пособниками врага. Власть вынуждена будет перейти от позиции Вольтера к позиции Бонапарта.

Но при этом надо помнить, что тот же Бонапарт наносил безжалостные удары как по оппозиции слева, так и по оппозиции справа. То есть, любые политические силы, которые в обстановке военной опасности откажутся от консолидации вокруг патриотической позиции власти, поддержанной народом, окажутся под угрозой политических репрессий. И совсем не шуточных, время-то военное. Конечно до расстрелов, как в Славянске, не дойдёт и головы, как в революционном Париже рубить не будут, но запреты, посадки и конфискации более, чем возможны.

И хочу ещё раз подчеркнуть, что возможный переход от более чем демократичного, к жёсткому правлению на данном этапе уже практически не зависит от российских политических деятелей, ни от определяющих политику, ни от оппозиционных (всех мастей и оттенков). Россия своё слово сказала и всё, что могла для мирного выхода из кризиса, сделала. А дальше a la guerre comme a la guerre.

Теперь мяч на поле Запада. Точнее на поле ЕС, поскольку позиция США известна, и она не изменится. В феврале 2014 года Европа поддержала проамериканский переворот в Киеве и ошиблась. В результате, ЕС понёс огромные политические и экономические потери и утратил внутреннюю стабильность. Следующая ошибка может стать для Европы не просто роковой, но последней.

Ростислав Ищенко, обозреватель МИА «Россия сегодня»

Источник

 

 

Глобальные интересы мировых игроков

 

 

Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «Ключи познания». Все Конференции – открытые и совершенно безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

 

Поделиться: